Ислам в Украине благодаря атмосфере толерантности и благоприятных условий религиозной свободы развивается как одна из многих вероисповеданий. По приблизительным подсчетам, сейчас около 500 тысяч украинских мусульман — примерно 1% населения. Хотя некоторые источники утверждают о более миллиона мусульман в Украине. 78% украинских мусульман сосредоточены в Крыму.

Главная мечеть Крыма Кебир-Джами, Симферополь

Ниже представлено интервью с сотрудницей британского аналитического учреждения Chatham House (стипендиата Роберта Боша) Анну Мюнстер — автора нового исследования ислама и мусульман в Украине.

— Почему стоит обращать внимание на ислам в Украине?

— Я бы не говорила о проблемных вопросах. Я бы говорила об изменениях. Ситуация не такая, как прежде. И эти изменения затрагивают не только мусульман. Я, в частности изучала людей, которые стали придерживаться строгих требований ислама. Это также затрагивает общество в целом.

Поскольку мне приходилось быть в Украине, то для меня более заметны, например, женщины, которые носят хиджаб, заметны продавцы мусульманской пищи халяль. Слышно призывы к молитве — это в Крыму, но даже в Киеве я видела вид этнических украинок или россиянок, закутанные в мусульманские платки и эти новые признаки я замечаю.

— Насколько такие изменения глубокие и какова их тенденция?

— Я считаю, что мы говорим об очевидных демографические изменениях, потому мусульманское население в Украине и не только, отличались более высоким уровнем рождаемости. Также нужно иметь в виду иммигрантов, большинство которых используют Украину лишь как транзитную зону, пытаясь добраться на Запад. Но некоторые остаются, например турки-месхетинцы на юге Украины. Крымские татары возвращаются на Родину, то есть они скорее репатрианты, а не иммигранты.

— Или мы говорим об органическом развитии различных общин, которые не представляют проблемы? Ведь мусульман в Украине очень мало?

— Я бы сказала, что цифры вводят в заблуждение. Это действительно меньшинство, но мусульмане на вид отличаются от местных украинцев и россиян. Они имеют свои нормы, свои традиции, праздники. Кроме заметности, они добиваются влияния. Например, в Украине были судебные иски от мусульманских женщин, которые отказывались снимать хиджаб, фотографируясь для документов.

Это единичные случаи, но появляется тенденция влияние мусульман. Потому и женщина представляет что-то другое. Оно символизирует перемены. Славянские народы употребляет спиртное, а девушки одеваются, подчеркивая внешности. А у ревностных мусульман ценности другие.

— Вы видите здесь возможен конфликт культур и ценностей?

— Я бы сказала, что это процесс адаптации. Например, многие татарские девушки, которых я знаю, хотят одеваться менее консервативно. Но с другой стороны я знаю украинок, россиянок, которые думают о том, чтобы  им одеваться более сдержанно.

— Так что это вопрос личного выбора, религии, мировоззрения, образа жизни, что, наверно, характерно для каждого общества. Но когда речь идет об исламе, то часто говорят об угрозе радикализации. Есть такая угроза в Украине?

— Это вопрос любят использовать в медиа. Регулярно появляются сообщения о каких-то тренировочных лагерях в горах для военной подготовки на случай этнически религиозных столкновений. Такие сообщения всегда были, ими манипулируют, ими злоупотребляют, но это отвлекает внимание от того, что происходит в мусульманской общине.

И, если честно, то и сами мусульмане обеспокоены. Они сами не хотят, чтобы их сыновья и дочери оказывались под влиянием той новой, порой воинственной идеологии. Они не хотят, чтобы их сыновья ехали в Сирию и участвовали в войне.Когда участники иностранных вооруженных конфликтов возвращаются домой, тогда они представляют потенциальную террористическую опасность в своей стране. Именно таким образом, например, мусульмане подвергаются радикализации здесь, в Великобритании.

— Насколько эта угроза серьезна для Украины?

— Здесь больше речь идет об опасениях. Такими страхом могут манипулировать. Опасность потенциально  есть, но я бы не спешила с утверждениями, что такое действительно происходит. Я бы сказала, что есть потенциальная угроза использования внешними силами этнорелигийной напряженности, чтобы раздувать такие слухи о радикализации и называть регион опасным.

Это очень беспокоит крымских татар. Они считают, что с ними несправедливо обращаются СМИ растет давление со стороны России, распространяются суеверия. А я теперь боюсь, что когда людей подозревают в возможной радикализации, и те страхи раздуваются, то радикализация может наступить именно в результате таких обстоятельств.

— Насколько мощным и положительным или отрицательным является внешнее воздействие на мусульман в Украине?

— Если говорить с мусульманами, то для некоторых из них это очень положительное влияние. Они видят, как возводятся мечети, благотворительные организации помогают бедным, выкапывают колодцы. Это положительное влияние, поскольку речь идет о финансировании от богатых спонсоров. Это может быть соседняя Турция или Катар, Кувейт. Но отрицательная сторона заключается в том, что деньги дают с условиями. Часто предполагается, что за помощь для мусульман, они должны стать еще лучше. Часто это именно их (доноров) интерпретация, что такое настоящие мусульмане, и что они должны делать. Я считаю, что это волнует и самих мусульман в Украине, которые, например, могут позволить себе пить водку на свадьбах, а им говорят:

«Нет! Никакой водки! Женщины должны сидеть отдельно от мужчин! Танцевать нельзя!»

Это уже создает противостояние даже внутри мусульманской общины. Мы можем считать это угрозой для нас, но первыми жертвами таких изменений являются сами же мусульманские общины.

— Мирное сосуществование ислама и других религий в Украине — это результат того, что украинская власть все-таки что-то делает правильно?

— Наиболее положительными есть возможности для религиозной свободы и свободы совести в Украине. Можно сказать, что это результат лучших законов по сравнению с некоторыми другими постсоветскими государствами. Это способствует развитию различных общин, в том числе нетрадиционных мусульманских, христианских и даже языческих общин. Есть целый калейдоскоп групп, течений и это прекрасно. Опасность появляется тогда, когда кто-то пытается манипулировать этим.

Порой внешние факторы делят мусульманские общины. Это потенциально может быть использовано различными сторонами. Но правительство может более налаживать связи с мусульманскими общинами, поощряя межрелигиозные инициативы. Надо налаживать мосты между мусульманами и немусульманами, я опасаюсь, что тенденция заключается в том, что они порой сосуществуют, но не общаются. Когда такое происходит, то есть угроза распространения страхов и даже враждебности, распространение ксенофобии и этнорелигиозной напряженности.

— Видите ли вы разницу между Украиной и Россией, когда речь идет о мусульманском вопросы и ислам?

— В России другая ситуация. Там есть проблема правительственных ограничений и социальной враждебности. Враждебность означает рост ксенофобии и нетерпимости в обществе. Мы знаем о столкновениях на Манежной площади в Москве и в других местах. И это беспокоит. Я опасаюсь, что там тенденция только к ухудшению, поскольку речь идет о страхе и ненависти.

В интернете есть игра, которая называется «Понаехали тут». Суть игры — «очищение» Москвы от иммигрантов и трудовых мигрантов. Это очень циничная игра.

Она очень символизирует это движение «за Русь» за «Россию для русских». Речь идет о разрастании крайнего национализма. Очень часто это направлено против мусульманского населения, мигрантов-мусульман. Я считаю, что самая большая разница именно в этом. Потому что таких масштабов негатива в Украине я не вижу. Украинское общество гораздо толерантнее и я считаю, что там значительно здоровее условия.

— Возможно это только потому, что в России мусульман гораздо больше? Или причина только в этом?

— Это может быть связано с цифрами, это может быть связано с национальным характером. Для некоторых людей утверждения собственной тождественности состоит в поисках врага. Особенно когда речь идет о так называемых исторических врагов. Неприязнь между мусульманами и немусульманами может быть укоренена веками, и этим также могут манипулировать.

А В Украине, особенно в академических кругах, дискуссии другие. Например, рассматривают варианты, что было бы, если бы Украина исторически стала мусульманской страной. Ведь на протяжении истории украинцы не только воевали с татарами, но и заключали союзы. Итак исторически в Украине было больше гибкости. Возможно это и вылилось в то, я бы сказала, толерантное отношение.